Предостережение:

• При осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью юридических лиц, осуществляющих функции по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенного в государственный реестр поступили сведения о следующих действиях (бездействиях): В Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю (далее- Главное управление) поступили обращения (№29720/23/26000 от 04.05.2023, №35604/23/26000 от 29.05.2023, 38460/23/26000 от 07.06.2023) Поминовой Карины Александровны, в которых заявитель указала на незаконное взаимодействие с ней со стороны ряда кредиторов, в том числе со стороны ООО «Микрокредитная компания универсального финансирования». В результате установлено, что сведения о задолженности Поминовой К.А., возникшей перед ООО «Микрокредитная компания универсального финансирования» (с 28.05.2023 по н.в) были переданы ООО «Крепость» в рамках агентского договора об оказании услуг по взысканию просроченной задолженности. В целях проведения оценки достоверности поступивших сведений, в порядке ч. 3 ст. 58 Федерального закона от 31.07.2021 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации», от ООО «Крепость» ( далее-Общество) запрошены соответствующие пояснения. Общество пояснило, что взаимодействие, направленное на возврат просроченной задолженности с Поминовой К.А. не осуществлялось. Однако в материалах дела имеется скриншот предоставленный Поминовой К.А., поcтупивший ей 30.05.2023 посредством мессенджера Whats App от ООО «Крепость», в работе которого находились сведения о наличии просроченной задолженности с 28.05.2023, содержащее сведения о возможном обращении в суд и принудительном взыскании. Согласно требованию п. 5 ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 03.07.2016 №230-ФЗ не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные введением должника и иных лиц в заблуждение. Круг действий, который может быть расценен как введение в заблуждение не является исчерпывающим. В соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 6 Федерального закона от 03.07.2016 №230-ФЗ не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные с введением должника и иных лиц в заблуждение относительно: правовой природы и размера неисполненного обязательства, причин его неисполнения должником, сроков исполнения обязательства; передачи вопроса о возврате просроченной задолженности на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника и иных лиц, возможности применения к должнику мер административного и уголовно-процессуального воздействия и уголовного преследования; принадлежности кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, к органам государственной власти и органам местного самоуправления. При этом дефиниция термина "введение в заблуждение" в Федеральном законе от 03.07.2016 №230 отсутствует, что обусловливает наличие разных подходов к определению его содержания и его практическим проявлением. «Введение в заблуждение» – это ситуация, когда должнику под видом достоверных сведений сообщаются сведения, не соответствующие действительности, несуществующие угрозы, недостоверная информация о просроченной задолженности, ее размере и сроках погашения. Такая же позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа (постановление от 10.02.2020 по делу №А31-8882/2019).