Предостережение:

• 1. Общество с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Национальная служба взыскания» (ОГРН 1057748047675, ИНН 7727551797; №4/16/77000-КЛ категория риска Высокая), юридический адрес: 108811, г. Москва, вн.тер.г. поселение Московский,км Киевское шоссе 22-Й (п. Московский),двлд. 6, стр.1. 2. При осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью профессиональных коллекторских организаций, кредитных и микрофинансовых организаций, включенных в перечень кредитных и микрофинансовых организаций, в части осуществления ими действий, направленных на возврат просроченной задолженности, поступили сведения о следующих действиях (бездействиях): В Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю (далее - Главное управление) поступило заявление Давыденко В.В. о несоблюдении требований Федерального закона от 03.07.2016 № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Федеральный закон № 230-ФЗ), при осуществлении действий, направленных на взыскание просроченной задолженности с ней, со стороны ряда кредиторов. В результате установлено, что ООО ПКО «НСВ» ( далее-Общество) на основании агентского договора №06/24 от 14.06.2024, заключенного с ООО МФК «495Кредит», с 31.07.2024 осуществляет деятельность по возврату просроченной задолженности Давыденко В.В. по договору займа №495-11812098 от 31.05.2024. Дата выхода в просрочку 15.06.2024. Согласно требования ч. 1 ст. 49 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» в случае наличия у контрольного (надзорного) органа сведений о готовящихся нарушениях обязательных требований или признаках нарушений обязательных требований и (или) в случае отсутствия подтвержденных данных о том, что нарушение обязательных требований причинило вред (ущерб) охраняемым законом ценностям либо создало угрозу причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям, контрольный (надзорный) орган объявляет контролируемому лицу предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований и предлагает принять меры по обеспечению соблюдения обязательных требований. В Главное управление от ООО ПКО «НСВ» (далее — Общество) поступили сведения о способах и порядке взаимодействия по вопросу просроченной задолженности с Давыденко В.В. при изучении которых установлено следующее. Общество осуществляло взаимодействие на возврат просроченной задолженности Давыденко В.В.. посредством направления голосовых и e-mail сообщений. Общество не подтверждает иные взаимодействия. В материалах дела имеется скриншоты e-mail сообщений предоставленные Давыденко В.В., поступившие ей от ООО ПКО «НСВ». E-mail сообщение от 20.08.2024 направленное ООО ПКО «НСВ» содержит следующие сведения: «…. Кредитор вправе обратиться в суд за защитой нарушенных прав и законных интересов в порядке, установленным законодательством РФ, с последующим принудительным взысканием в свою пользу суммы долга, а также всех издержек по его взысканию в порядке, установленном федеральным законом «Об исполнительном производстве» от 02.10.2007 №229 ФЗ...». При взаимодействии с Давыденко В.В.. Общество трактует действия в пользу кредитора. В судебном порядке решение может быть вынесено в пользу как кредитора, так и должника. Таким образом, Общество вводило Давыденко В.В. в заблуждение относительно, передачи вопроса на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника, а также мер принудительного взыскания; тем самым побуждая должника совершить действие по оплате имеющейся задолженности под угрозой неотвратимости применения определенных санкций. В соответствии с п. 4, п. 5 ч. 2 ст. 6 Федерального закона № 230-ФЗ не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или представителя кредитора, связанные с оказанием психологического давления на должника и (или) иных лиц, использованием выражений и совершением иных действий, унижающих честь и достоинство должника и (или) иных лиц; с введением должника и (или) иных лиц в заблуждение относительно: правовой природы и размера неисполненного обязательства, причин его неисполнения должником, сроков исполнения обязательства; передачи вопроса о возврате просроченной задолженности на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника и (или) иных лиц, возможности применения к должнику мер административного и уголовно-процессуального воздействия и уголовного преследования; принадлежности кредитора или представителя кредитора к органам государственной власти и органам местного самоуправления. Круг действий, который может быть расценен как психологическое давление, не определен и не является исчерпывающим. У каждого человека свой характер, порог терпимости. Люди могут по-разному оценивать одно и тоже действие, в том числе при взаимодействии с ними кредитора или представителя кредитора. В связи с этим к каждому случаю квалификации действий кредитора или представителя кредитора, как оказанию «психологического давления» рекомендуется подходить индивидуально. При этом в каждом конкретном случае оценка восприятия информации на предмет оказания психологического давления в ходе осуществления деятельности по возврату просроченной задолженности должна даваться с точки зрения рядового потребителя, в связи с чем факт психологического давления на должника не должен требовать специальной процедуры доказывания (Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020 по делу № А65-28976/2019). Дефиниция термина "введение в заблуждение" в Федеральном законе № 230 отсутствует, что обусловливает наличие разных подходов к определению его содержания и его практическим проявлением. «Введение в заблуждение» – это ситуация, когда должнику под видом достоверных сведений сообщаются сведения, не соответствующие действительности, несуществующие угрозы, недостоверная информация о просроченной задолженности, ее размере и сроках погашения. Такая же позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа (Постановление от 10.02.2020 по делу № А31-8882/2019).